«Путешествия в обратно» Бориса Полякова

Привет, Сергей! Вы с Яицким просто разбудили во мне остатки совести. А тут ещё нашлась одна сладкая парочка музыкантов: живут с 91-го года в Германии – супруги Гайдай. Коля – барабанщик и Валя – вокал и флейта. Сами почему-то нашли меня в “Одноклассниках”. Вот так и срослось всё в одно время…

Да и вы с Серёгой – такие шустрые – уже и с Ж. Якушенко обо всём переговорили, да и про статью о Петруччио (это мы так Петю Лысенко звали)… Про то, что его уже нет давно, я узнал лет пять назад… А вообще- то про его жизнь после Братска ничего не знаю.

ТАКОЙ итог его жизни ничуть не удивляет. Он ведь некоторое время жил вместе со мной – у меня была квартира в Энергетике, а он скитался по общагам, и я просто позвал его как-то к себе… Ну и прижился парень – деваться-то некуда… Так и жил у меня, пока я не уехал на гастроли с группой «РОВЕСНИКИ», а потом я и след его потерял.

Ему тогда было всего 18 лет. Об алкоголе, конечно, и разговоров не было, но парень был насколько талантлив, настолько странен в поведении и абсолютно непредсказуем (нельзя было предсказать, что он «выкинет» в ближайшие пять минут) – можете мне поверить. Иногда он шутил так изощрённо, что я только диву давался его фантазии…

Теперь про музыку. Я хочу рассказать про то, КАК так получилось, что я стал музыкантом – ведь ничто не возникает на голом месте… Просто мой отец был чрезвычайно одарённым человеком. Помимо того, что был хорошим механиком, он владел ещё практически всеми народными инструментами, мог писать партитуры, аранжировал и был просто виртуозным балалаечником. На балалайке играл «Чардаш” Монти, – и это почти без всяких предварительных разминок – вещь-то очень техничная. Уму непостижимо, как на балалайке можно играть 2-ю Венгерскую рапсодию Листа? Он её играл!!!

Ещё папа прекрасно владел семиструнной классической гитарой. Но, к великому моему сожалению, когда я захотел серьёзно заняться музыкой, он купил мне баян и заставил ходить к чужому дяде (классному, кстати, баянисту) учиться на этой гармошке, которую я просто ненавидел. А на гитаре не показал ни одного аккорда.

Так вот, отец, работая на заводе ЖБИ-2 (пос. Гидростроитель), занимался вечерами в трёх школах с ребятами из 6-х–8-х классов, организовав три струнных оркестра в 5-й, 15-й и 19-й школах.

Я тогда учился в 15-й школе и научился играть почти на всём – мог в оркестре заменить любой недостающий инструмент, если была в этом необходимость, но главным моим инструментом была домра-прима.

Вот шлю фотографию нашего школьного оркестра, где слева направо с домрой в руках дирижирует Израиль Иосифович Поляков, поёт отличница Лариса Осокина. Дальше, склонив голову, играет на домре Борис Поляков. На первом плане Шура Полупанов (в юношестве прекрасный футболист по кличке Ряса). В центре – видно только полголовы – Коля Донской, который сейчас живёт в Энергетике (он у меня в друзьях в “Одноклассниках”). А за его спиной на балалайке-контрабасе наяривает наипервейший школьный хулиган Саша Распутин!

…Где-то в годах 1967-м–68-м я работал на заводе ЖБИ-2, на Промплощадке в Падуне. В местном клубе была хорошая самодеятельность, был даже штатный руководитель, некто Медведев Михаил Григорьевич – хваткий мужик, одессит, неплохо знавший хоровое пение. Он организовал в клубе хор, человек этак из 25-ти. И директор завода накануне смотров худ. самодеятельности даже на пару недель освобождал всех от работы для подготовки и репетиции. Вот весь этот народ пел в хоре и, как мог, проявлял себя на ниве артистизма: кто читал, кто фокусы показывал, а кто, как ваш покорный слуга, ещё играл в инструментальном ансамбле, аккомпанируя певцам, да вообще, как говорил Медведев, создавал музыкальный фон…

На аккордеоне играл Валерий Гребенщиков – он был самый музыкально грамотный из нашей компании… Миша Потапов – на контрабасе, я – на гитаре, Володя Поездник – тенор-саксофон, на барабанах – Лёша Матросов. Потом к нам пришёл Коля Зарубин – трубач. Так ритм-группа преобразовалась в полноценный ансамбль. Мы стали заниматься более усердно и через некоторое время нашли себе постоянную музыкальную работу в ресторане “Падун”.

Тогда мы были первыми братскими музыкантами, играющими в ресторане. Правда, мы совсем не понимали, что для ресторана наш репертуар, по совковым меркам, был неприемлем: мы не пели, а только играли что-то вроде джаза вперемешку с популярными мелодиями. А на заказ и вообще не играли – деньги брать боялись – такие мы были скромные… Только почти через год, когда освоились и играть стали получше, смогли

зарабатывать, как следует. Нам важно было просто собираться вместе и играть!!! Да за это ещё и платили!!!

В какой- то момент мы поняли, что без грамотного аранжировщика нам никак не обойтись. И тут нам на помощь пришёл Слава Тормозов – первый руководитель диксиленда в ДК “Ангара”. Ведущая духовая четвёрка в том составе была: Толя Пазинич –труба, Генадий Ухов – тромбон, Лёва Чернягов – саксофон-альт и кларнет, Володя Поездник – саксофон-тенор. На барабанах играл Юра Шалунов, на контрабасе – Володя Белов, а на гитаре играл Володя (к сожалению, не помню его фамилии).

Хорошо помню, что первой аранжировкой, сделанной Славой для нас, была композиция (так теперь говорят) с названием «Полицейский участок номер 17″. Это и сейчас вещь суперактуальная для свинга, а тогда мы смогли почувствовать, что это такое, когда хороший музыкант тыкал нас носом в нашу общую несостоятельность, а не говорил: ах как это здорово, потому что громко! Стали играть лучше, появилась необходимость в бас-гитаре, и мой отец помог нам изготовить наш первый САМОПАЛ из куска фанеры и грифа от домры-тенор. Вот где пригодилось знание народных инструментов и золотые руки моего отца. Мы, правда, не особенно знали, как выглядит рогатая гитара – ведь не было ни фотографий, ни плакатов, с которых можно было всё это срисовать. Поэтому наш первый самопал был скорее похож на крышку от унитаза, но звучал он почти как настоящий БАС!!!) Мы им очень гордились!

А потом нас пригласили работать в открывшийся ресторан “Север” в Энергетике – по сегодняшним меркам, просто сарай. Но тогда после ресторана “Падун”, который был на отшибе, место в центре города было очень привлекательным. Нам было поставлено одно непременное условие: кто-то должен был числиться в штате ресторана. Мы, конечно, согласились на новое место, но туда ушли не все вместе. А в штат ресторана оформился я, окончательно расставшись с престижной профессией электрика. Так я стал руководителем ансамбля «РИТМ» в ресторане «Север».

ансамбль р-на "Север" Брастк (Энергетик)

Басист Миша Потапов пошёл служить в армию, на его место пришёл Олег Матаев – у него была фирменная болгарская бас-гитара «Пловдив». У меня была хорошая немецкая гитара с очень джазовым звуком и удобным грифом… На фортепиано играл мой правобережный одноклассник Паша Мелешкевич. К сожалению, состав менялся часто, потому что все работали на заводах, а работать на двух работах постоянно просто тяжело. И работать вечерами там, где всегда есть выпивка для музыкантов, по определению воспрещается!!!

Ансамбль "РИТМ"

Я как начальник, да к тому же человек довольно ответственный, просто ненавидел эти постоянные ситуации и неопределённости… Вот кто меня по этому поводу никогда не подводил, так это Олег Матаев (да пусть простят меня все остальные ребята, что играли в те годы в наших составах). Кстати, Олег как человек очень предприимчивый и уговорил меня не ждать счастья в нашей «деревне», а поехать в Москву и поискать там себе подходящие аппараты и инструменты. Вот так в один прекрасный весенний день мы с ним оказались в Москве, на Неглинке, 8 с полными карманами по крупицам накопленных денег (и с совершенно неправильным представлением о том, кто такие «неглинские» фарцовщики). Пришлось учиться на ходу. Это стоило нам некоторого времени и денег, но мы довольно быстро освоились и кое-что привезли для себя в Братск. Эта погоня за более лучшими аппаратами и инструментами продолжалась потом постоянно, и об этом можно просто написать отдельный роман, но едва ли это будет кому-нибудь нужно…

Пишу обо всём этом потому, что так или иначе, а почти всех фигурантов моего рассказа раньше или позже судьба сводила в ВИГ «ПАДУН». Я только не упомянул выше Олега Федченко, который какое-то время играл с нами в ресторане “Север” на гитаре, но потом, когда «ПАДУН» был в большом составе, в котором играли Толик Пазинич, Гена Ухов, Володя Черногор, Миша Потапов, Толик Ротфорт, Стас Тимофеев, Валера Иванов, ну и я тоже.

Олег Федченко писал партитуры для духовой группы. Потом, правда (уж не помню почему), этот состав распался, и духовая группа благополучно перешла в ДК “Энергетик”, влившись в группу «ВРЕМЕНА ГОДА», и мы дико соперничали между собой. Теперь-то, наверное, все понимают, что в этом соперничестве в выигрыше оказалась только музыка. И это здорово!!!

Правда, параллельно с коренными братчанами появлялись в Падуне и такие интересные музыканты, как Гена Неверов. Он приехал в Братск с новосибирским цирком. Мы познакомились, немного поиграли вместе (я тогда работал в кабаке). Он мне показался очень интересен, а в «ПАДУНЕ» не было гитариста, и я посоветовал ему показаться ребятам… Так он и остался в Братске.

К сожалению, Гена был человеком, мягко выражаясь, довольно неуравновешенным, а что из этого получилось, мы знаем. Правда, конечно, не всё (а всё только Бог знает) – это очень грустная история… Он женился на одной барышне, а потом убил её и себя… А гитаристом Гена был очень интересным (он с лёгкостью подхватывал совсем чужую, несвойственную ему манеру игры, а потом лепил из этого что-то своё, и это своё уже не походило ни на кого другого (трудно это объяснить, – я просто с ним играл и помню, что не понимал, как он это делал…).

Вот не знаю, как кто воспринимал Володю Черногора, а для меня этот джазовый барабанщик был как ни странно, несмотря на его бешеную техничность, «Мастером Паузы». Это ведь он заразил меня «ПАДУНОМ», и я ушёл из благополучной «Тайги», где мы играли вместе с Олегом Матаевым (помню, Олег крепко на меня обиделся за это).

Владимир Черногор и Борис Поляков. Балкон ДК "Ангара"

Это была какая-то болезнь. Так хотелось с ними поиграть хоть немного, что в субботу (а мы работали в «Тайге» до 23 часов) я к 22.30 вызывал такси, ровно в 23 часа грузил в него свой усилитель и гитару, и мы летели, как угорелые, в ДК “Ангара”, где были танцы до полуночи. На крыльце меня уже ждал Черногор, мы, задыхаясь, тащили мой аппарат наверх, на балкон, где играли музыканты. И у нас ещё оставалось 20 минут для музыки… Но главное начиналось потом, когда публика расходилась по домам и уже не надо было играть что-то для танцев, и мы могли всю ночь играть джаз для себя (ну и, конечно, была избранная публика, понимающая, что мы делаем). Это были настоящие Джемы! Приходили музыканты и из других составов, но всё это проходило на территории «ПАДУНА»… и никогда никакой выпивки!!! Это по определению не имелось ввиду- кайфовали только от музыки. Вот так после очередного джема Черногор и сделал мне предложение работать с ними, и я, к счастью, принял его предложение…

Редактирование – Вл.Калинин (Хабаровск)

Более позднее фото из архива Людмилы и Бориса Золотовых(Братск)

«А.Ротфорт, Б.Поляков с друзьями»